Миндальное сердце  - Черстин Лундберг Хан

Мама Хьюго открыла дверь. Я натянул пакет на руку и ухватил с пола коричневую какашку.

– Всем привет! Я смотрю, у вас тут весело, – улыбнулась мама Хьюго.

Я же в этот момент пытался запихнуть какашку в мешок… но она оказалась твердой, как камень. Или лучше сказать, как пластмасса.

– Что? – удивился я и присмотрелся повнимательнее.

Хьюго фыркнул. Бие тоже. То́ска удивленно переводил взгляд с одного на другого. Я же по-прежнему ничего не понимал. Сделанная из пластмассы какашка оказалась розыгрышем.

– Апрель, апрель! – завопил Хьюго и так захохотал, что весь покраснел.

– Да ну вас! – отмахнулась я.

Все ясно, друзья меня просто одурачили. Но с другой стороны, какая же все-таки удача, что То́ска здесь ни при чем.

– Но первое апреля уже давно прошло, – хмыкнул я, впихивая пластиковую штуку в руку Хьюго.

– Знаю, – фыркнул он, все еще смеясь. – Это вдогонку.

Я пихнул Хьюго, и он пихнул меня в ответ. Его мама снимала пальто и улыбалась, глядя на нас.

– Так это и есть твоя собака, Оскар? – спросила она.

– Да, его зовут То́ска. Мы сейчас идем с ней гулять.

– Хьюго, ты с нами. Или как? – спросила Бие.

– Иди-иди, – подтолкнула сына мама. – На улице сегодня просто чудесно.

Думаю, это был первый по-настоящему весенний день.

Мы все втроем дружно шагали по улице. То есть вчетвером. Я, Бие, Хьюго и То́ска. На игровой площадке у входа в парк бегали и резвились дети. На качелях сидела пара крошечных карапузов с круглыми щечками и хлюпающими носами. Я оглянулся на них, хотя Хьюго с Бие вряд ли их заметили.

Мы углубились в парк, я шагал в центре с То́ской на поводке. По одну сторону от меня шла Бие. Она, фыркая и смеясь, пересказывала первоапрельские шутки. По другую сторону вышагивал Хьюго. Он спрятал руки в карманы и всю дорогу не сводил с То́ски глаз.

Мама Хьюго была и права и неправа, когда говорила про погоду. Весна пришла еще несколько недель назад, с распустившимися цветами на клумбах и зазеленевшими кустами и деревьями. Но сегодня всем было тепло совсем по-другому: и снаружи, и изнутри. От солнца в небе и от сердца, что радостно билось в груди.

– Пойдемте на пруд смотреть уток, – предложил я. – То́ске должно понравиться.

То́ска тявкнул. Пес, наверное, понял, что я сказал. Подумать только, какой же замечательный пес теперь есть у меня!